На сайте Челябинского госуниверситета есть обязательная справка о жизни вуза. Как и положено, там перечислены основные достижения: почти 20 тысяч студентов, 3 филиала, 17 факультетов и институтов.
Членство в Евразийской ассоциации университетов, Ассоциации классических университетов России, Международного альянса евроазиатско-китайских вузов.
А еще первая лига национального агрегированного рейтинга университетов России, строительство кампуса международного уровня, лаборатории, исследования и многое другое. За цифрами и фактами почти не видна рутина – ежедневная работа большого и увлеченного коллектива. Так звучит сыгранный оркестр, ведомый взмахом дирижерской палочки. В ЧелГУ вот уже шесть лет им управляет ректор Сергей Таскаев.
Он рассказал о главном: в науке, на работе, в жизни.
Профессии будущего
Мощная фундаментальная подготовка лежит в основе успеха в любой из профессий. И так будет всегда. Почему советская система образования так ценилась в мире? Потому что была мощная база – по высшей математике, физике, химии, философии… Именно базовые знания делают из вас универсального специалиста. Все остальное накручивается и докручивается. А главная задача вуза в будущем – выпускать людей с критическим мышлением. Научить их мыслить самостоятельно, не отдавая все на откуп, например, ИИ.
ИИ – только инструмент
Искусственный интеллект – это не наше будущее, это наше настоящее, но ИИ – лишь инструмент. Главный вопрос – как им пользоваться? Небольшими порциями хлора обеззараживают воду. А если пересыпать? Так и здесь. Можно научиться пользоваться нейросетями. Но если критически не анализировать генерируемую информацию, произойдет атрофия мозга – человек перестанет принимать решения, а значит, не будет личности. В этом, кстати, главный риск домашних заданий, выполненных с помощью нейросетей. Да, удобно – причем и детям, и родителям. Но дети при этом не разбираются в материале, не изучают базу – механически вбивают вопрос и так же получают ответ. Формально – правильный, но в сухом остатке ничего нет. С другой стороны, эти ресурсы – отличные поисковики и систематизаторы. Они полезны и запрещать их бессмысленно. Мы же ищем информацию для работы в интернете, как раньше искали ее в библиотеках, так и здесь, только на новом уровне.
Перегнать, не догоняя
Думаю, нет смысла догонять технологии, которые в других странах развиты на порядок выше. Надо смотреть дальше. Айфоны появились 18 лет назад, до этого была Nokia 3110. Работала две недели без подзарядки. Производитель – лидер мирового рынка с долей в 39 процентов. «Какие айфоны? Кому они будут нужны?» Но Apple предложил новую технологию и новый подход к связи – и покупатели по всему миру проголосовали за нее рублем, долларом и другими национальными валютами. Аналогично с другими технологиями. Сегодня Китай показал пример в области автомобилестроения: они не стали сжигать ресурсы в попытке сделать двигатели внутреннего сгорания лучше, чем их производят в Германии, они сфокусировались на разработке электрокаров и стали мировыми лидерами в этом вопросе. Важно предугадать следующий технологический переход в критически важных для промышленности областях и сделать ставку на него.
На стыке дисциплин
В междисциплинарку я зашел, можно сказать, случайно. Мы всегда занимались только фундаментальной физикой, причем довольно успешно. А несколько лет назад профессор из Луизианы – выпускник МГУ Юрий Львов – свел нас с биологами из Казанского федерального университета. Нашлись общие темы для обсуждения, подтянулись коллеги из Петербурга. В таком составе у нас появилось несколько крутых работ, одна из которых, например, касалась уничтожения биопленок в медицинских катетерах. Образование биопленок – огромная проблема, которая может привести к тяжелым заболеваниям. А некоторые пациенты вынуждены использовать катетеры длительное время. Мы разработали микроробота, который работает с помощью магнитного поля и эффективно счищает эти пленки. Поэтому можно с уверенностью сказать, что проекты на стыке дисциплин – ключ к решению сложных задач. Они создают синергию знаний, ломают профессиональные барьеры и рождают инновации, давая более полные и жизнеспособные результаты.
Про будущее
Я уверен, что будущее науки – в междисциплинарных проектах. Самое интересное рождается на стыке. Чем больше будет таких проектов, тем прогрессивнее окажутся результаты. Главное – научиться собирать рабочие коллективы и привлекать индустриальных партнеров, готовых финансировать разработки ученых по этим направлениям. Это, надо сказать, весьма непростое занятие.
Про межвузовские центры
Понятно, что в условиях недостаточного финансирования решить все задачи в одиночку не получится. Поэтому мы с коллегами объединяемся и создаем межвузовские центры, где каждый участник вкладывает в общий проект то, что у него есть. Сейчас мы работаем над вопросом о создании совместного центра коллективного пользования с нашим давним партнером – Санкт-Петербургским госуниверситетом. В центре, укомплектованном совместным оборудованием, можно будет размещать заказы любых университетов и предприятий. Организациям тоже интересен и выгоден такой формат, поскольку им не надо создавать, а главное, содержать центральные заводские лаборатории. Проблемы-то у нас общие – на научное оборудование нужны деньги, его сейчас сложно купить, опытных специалистов в регионе на перечет. И решать эти проблемы вместе намного легче.
Как нашли марганец в Челябинске
В рамках совместной работы с коллегами-биологами мы провели анализ техногенных пылей, которые вылетают из труб металлургических предприятий. Сравнили пыль, взятую от нескольких заводов из США и России, в том числе с нашего ЧЭМК. Выяснилось, что пыль ЧЭМК – самая цитотоксичная в мире. Но параллельно мы разработали технологию ее переработки в абсолютно инертный материал, который можно широко использовать, например, в строительстве. Кроме этого, мелкодисперсная пыль ЧЭМК является источником марганца, месторождений которого на планете не так много, а в России нет вовсе.
Про технологическое предпринимательство
Промышленность пока с недоверием относится к разработкам студентов. А зря! У нас ребята в студенческом конструкторском бюро разработали первое в России программное обеспечение для станка с ЧПУ. В 2016 году была защищена докторская диссертация, авторы которой предложили новые математические методы для изучения различных явлений и процессов. Эти методы позволили очень просто описать, в частности, движение резца пятикоординатного станка ЧПУ для изготовления сложной детали. Изначально это была нетривиальная задача. Чтобы выточить сложную фигуру, нужно точно описать эту поверхность, что приводит к огромному количеству математических вычислений. И наши студенты сделали такой прототип. Поначалу специалисты не сильно верили в успех. Но когда ребята показали результаты – мнение резко изменилось. По сути это первое российское ПО для станков с ЧПУ. Причем на порядок лучше того, что производит Siemens. Вот он – тот самый технологический суверенитет. Siemens по этому пути вряд ли пойдет. Они уже вложили миллиарды в разработку ПО на базе классических математических моделей. Им нет смысла вкладывать столько же в новые математические методы. А у наших ребят появился инвестор, который, поверил и профинансировал технологический прорыв. И это не единичный пример.
Бюрократия VS наука
«Я, когда первый свой грант выиграл, такой счастливый был! –рассказывает молодой ученый на крупнейшем в стране конгрессе молодых ученых. – Думал, сейчас наукой заниматься буду!» Весь зал покатился от хохота. Все без слов поняли, что будет дальше. Отчеты, договоры, нормативы… Всё. На науку времени не останется. И размер-то гранта всего 1,5 миллиона рублей. Минус налоги, поделить на 12 месяцев – и зарплата получится совсем мизерная. Сколько после этого энтузиастов останется в строю? Но остаются. А если им помочь? Упростить? Какими будут результаты?
Про гранты
Текущая система научных грантов в России ориентирована на достижение положительного результата. Это создает серьезную проблему – иногда работа исследователя в гранте приводит к отрицательному выводу – например, к доказательству невозможности синтеза того или иного материала. Но такой результат не является бесполезным. Он исключает тупиковые пути, уточняет границы возможного. Наказывать ученых за такую работу рублем – значит подрывать основу научного метода, построенного на экспериментальной проверке гипотез. Для здорового развития науки система финансирования должна учитывать и ценить научную добросовестность и значимость как положительных, так и отрицательных результатов исследований. Но любой, даже отрицательный результат, в науке остается результатом. У вас была задача – и вы ее решили. Все остальное – вопрос неоправданных ожиданий. Возможно, они изначально были завышены или база неверная, но сама работа выполнена хорошо. Кстати, большинство заявок на финансирование, которые мы пишем, по итогу идут в урну. Но эта работа не пропадает бесследно. В прошлом году мы подали заявку в Минпромторг на 200 миллионов рублей – и не прошли. Можно было опустить руки и посыпать голову пеплом. Но зачем? Мы проделали колоссальную работу, структурировали огромный объем знаний и ресурсов, сами для себя поняли, чего хотим. В этом году мы вновь ее подали, но в переработанном виде. И она была одобрена – наш проект по развитию Центра инжиниринга получил грант в размере 280 миллионов рублей. Это означает, что мы отлично понимаем, куда идем, и можем убедить в этом инвесторов.
Будь как дирижер оркестра
Дирижер не играет одновременно на всех инструментах, но он слышит общую картину, знает сильные стороны каждого и не будет просить флейту играть как контрабас, когда нужно – задает ритм и динамику и, самое главное, объединяет самых разных людей. Именно таким должен быть ректор. Он не делает все в одиночку, а создает гармонию из множества процессов: учебной, научной и административной работы, международных связей. Он направляет проректоров, деканов и преподавателей, чтобы «университет-оркестр» звучал мощно и слаженно. И в момент, когда понимаешь, что этот ритм есть, появляются ресурсы, учишься управлять временем и четко расставлять приоритеты.
Режим работы
Как выяснилось, выражение «работать 24 на 7» – совсем не метафора. Не уверен, что это правильный образ жизни, но он не вызывает у меня противоречий. Голова – не станок, ее не отключишь с окончанием смены. Другое дело, когда понимаешь, что 24 на 7 ты занимаешься решением совсем не творческих задач, но это издержки работы.
Про книги
Честно говоря, читаю все подряд. Но чаще выбор связан с ситуативными вещами, которые интересны в моменте. Тогда ищу литературу, и в большинстве своем она, конечно, не художественная. Последняя прочитанная книга – «Осциллирующая Вселенная» нашего выпускника и коллеги Николая Горькавого. По факту эта книга разрывает все научные шаблоны, поскольку описывает принципиально иную модель истории нашей Вселенной. Если сильно упрощать, то долгое время космология придерживалась идеи «одноразовой» Вселенной. Считалось, что она появляется с нуля и постоянно расширяется. Николай Николаевич в своей книге предположил и убедительно доказывает другое – Вселенная циклична: она то расширяется, то сжимается. Эти циклы занимают миллиарды лет и попеременно сменяют друг друга. В подтверждение он привел серьезную доказательную базу, что, без сомнения, можно считать шагом вперед для всего человечества. Авторитетный научный журнал Naked Science признал книгу научным прорывом 2024 года, она издана на английском языке и теперь продается на Амазоне. На ней, кстати, указано, что это перепечатка издания Челябинского госуниверситета.
Про детство
Кроме «Таинственного острова» Жюля Верна и прочих книг, которые все в детстве читают, меня сильно завораживали игры с программируемым калькулятором. Компьютеров еще в помине не было, а к калькулятору прилагалась толстенькая книжка карманного размера. Забиваешь программу оттуда и часами переписываешься с системой: ты ей цифру – она тебе в ответ. Родители смотрели на меня с удивлением, но в итоге махали рукой. Пусть лучше так, чем по улицам слоняться. Как ни странно, именно эти игры оказались дверью в программирование и IT-технологии, когда ни того, ни другого еще не было.
Кризис – не конец
Возможностей всегда на порядок больше, чем мы думаем. Главное – увидеть и воспользоваться. При всей банальности кризис – та же возможность. Причем как на работе, так и в жизни. Из отрицательного контекста тоже можно вынести положительный эффект. Как минимум опыт. Когда я это понял, стало проще двигаться дальше.
О рисках многозадачности
Я не боюсь перегореть, не думаю о рисках многозадачности и преждевременной старости. У меня пример яркий перед глазами – маме 87 лет. Она всегда в делах, голова всегда полна новых задач, до сих пор преподает. Мне кажется, умственная работа и смена деятельности – отличная профилактика от всего.
Про главные удачи
Конечно, главная удача – это моя семья. Мы все живем в вероятностном мире. Когда страсть проходит и начинается быт, появляется вариативность. Неожиданно может оказаться, что психологически вы не очень-то совместимы. Что у вас разные взгляды на жизнь и на себя в ней. А может случиться наоборот. Человек, которого вы выбирали в состоянии влюбленности, действительно оказался вашим, и вы готовы идти с ним по жизни дальше, и вам по-прежнему интересно, даже спустя много лет. Вот что это, если не удача? А вторая моя большая удача – самый прекрасный коллектив. Без ложной скромности: в нашем университете теплая, почти семейная атмосфера. Это отмечают многие, кто попадает к нам. Мы не влачим существование, а постоянно развиваемся. У нас цифры набора растут с каждым годом – по этим показателям мы почти догнали Южно-Уральский госуниверситет. А когда-то были несопоставимы.
Про управление
Я не авторитарный руководитель. Более того, я уверен: в таких организациях, как университеты, демократическая модель куда эффективнее. Она позволяет создавать больше возможностей и для коллектива, и для развития творческих личностей внутри него. Делегируя полномочия и отдавая область ответственности, я не лезу за эти границы. Вы получили направление – пожалуйста, определяйте политику внутри него сами, принимайте решения, несите за них ответственность и двигайтесь вперед. Если потребуется помощь ресурсами, мы включимся и постараемся их найти. Я же не появился из ниоткуда – работал и в той, и в другой системе, а потому разницу ощутил на себе. Одно дело, когда до твоих идей и мнения руководству нет никакого дела. Совсем другое – когда тебе помогают их реализовать.
Главное – создать условия
Мне нравится стенфордская байка. У ректора там однажды спросили: – «У вас столько нобелевских лауреатов, как вы заставляете их работать?» – «Никак не заставляю, я с ними общаюсь, как с котятами. Моя главная задача – вовремя подлить молочка в мисочку. Чтобы они не вспоминали, что его может не быть».